Гвозди бы делать из этих людей

Метте - 2073

 

 

Николай Андреевич Волкозуб худощав, подтянут, в любой обстановке спокоен и немногословен. На фоне теперешних «харизматических героев нашего времени» внимания, на первый взгляд, не привлечет. Но узнаешь возраст, и сразу – шок. Оказывается, пройден рубеж 85 лет. С виду никак не дашь. А он, оказывается, ещё работает и руководит лётными испытаниями новых серийных самолётов на ГП «Антонов». Почёт таким людям и уважение. Но и это ещё не всё.

27 апреля 1986 года, когда вся страна мирно готовилась к майским праздникам. Николай Андреевич старший инспектор-лётчик ВВС Киевского военного округа, лётчик-снайпер, мастер вертолётного спорта СССР, был вызван в штаб со всеми индивидуальными средствами защиты. С вещами, так сказать. Команда – лететь в Припять. Уже на подлёте бортовой измеритель уровня радиации показал всю серьёзность положения. Был виден разрушенный четвёртый энергоблок, внутри которого бушевало пламя и валил серый дым. В 16.00 посадка на стадионе Припяти и перелёт прямо под горисполком на клумбу. Город был уже пуст, эвакуирован. Позже взлётно-посадочные площадки кочевали в зависимости от направления ветра и, соответственно, перемещения пятен радиации.

До темноты вручную бросали из грузовой кабины вертолётов Ми-8 в жерло реактора мешки с песком и борной кислотой. Успели выбросить мешков 80. Капля в море. Решения принимались мгновенно. В ночь с 27 на 28 апреля решили бросать песок и борную кислоту с внешней подвески по 2,5 тонны, используя тормозные парашюты истребителей.

Прибывали новые, более мощные вертолёты с экипажами. Николай Андреевич проводил им инструктаж и, садясь на место второго пилота, непосредственно «вывозил на реактор». Это позволило на грузовых транспортных парашютах сбрасывать так же свинец и доломит. Свинец собирали, где только могли. Везли со всей Украины, России и даже с далёкой Испании. В любом виде, вплоть до охотничей дроби в мешочках.

7 мая задача забрасывания реактора была выполнена. И сразу была поставлена сверхзадача – проверить температуру в реакторе и состав выходящих газов, что можно было сделать только с воздуха. Но это никто никогда не делал. Даже при нормальных условиях вертолётам запрещено зависать в диапазоне высот от 10 до 200 м. Опасно для жизни. А тут ещё радиация и выделение пепла от реактора, что не могло не сказаться на тяге двигателей. А как распределялось поле температур над реактором, никто не знал. Это как раз предстояло замерить. Кроме того, экипаж не видит, что происходит под днищем вертолёта. Тем не менее, Николай Андреевич с экипажем на своём вертолёте Ми-8-МТ, с которым стал одним целым, и не менял на другой, несмотря на перебор облучения, справились с невозможным. Термопару прикрепили на трос. Трос мгновенно доставили самолётом Ил-76 из Запорожья. И, наконец, 9 мая произвели замеры температуры на высотах 50, 40 и 20 метров и в самом реакторе. Бортовая аппаратура провела запись. Время зависания над реактором составило бесконечные 6 минут 20 секунд. Трос с термопарой, ставший смертельно опасным, был сброшен в специально отведённом месте.

На следующий день, 10 мая, слетали с контейнером на тросе для определения состава выходящих газов. 12 мая повторили полёт с термопарой. Общее время зависания над «адом» составило 19 минут 40 секунд. Потом были полёты на радиационную разведку. На сон удавалось выкраивать 2-3 часа.

А сейчас Николай Андреевич ездит, как все, общественным транспортом на работу и никто и не подозревает, что рядом – настоящий герой.

 

На фото: Николай Андреевич Волкозуб – руководитель лётных испытаний новых серийных самолётов на ГП «Антонов».

 

 

Виктор Метте,
ГП «Антонов»

 

 

 

 

 

 

Архiв
<< < Вересень 2018 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Не
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 27 28 29 30